~ Биография Байрон Кейти ~

1604381_601886909860955_1021766047_n
Байрон Кейти и Стивен Митчел

«Байрон Кейтлин Рэйд (или Кейти, как все ее называют) оказалась в состоянии глубокой депрессии, когда ей было немногим более тридцати. Она была деловой женщиной и матерью, живущей в маленьком городке в пустыне Южной Калифорнии. Почти десять лет Кейти преследовали приступы паранойи, ярости и самобичевания, она постоянно думала о самоубийстве и два последних года часто была неспособна выйти из своей спальни.
Затем, одним февральским утром 1986 года, она пережила то, что полностью изменило ее жизнь. В буддийской и индуистской традициях для подобного опыта существует несколько различных названий. Сама Кейти называет это «пробуждением к реальности».
В этот миг не-времени, говорит она, я открыла для себя простую истину: я страдаю, когда верю своим мыслям, и перестаю страдать, когда не верю им, — и это верно для любого человека. Свобода так же проста, как это озарение. Я поняла, что страдать необязательно. Я нашла радость внутри себя, которая никогда не исчезает, ни на одно мгновение. Такая радость присутствует в каждом, всегда.
Очень скоро слухи о «сияющей леди» распространились по Барстоу, родному городу Кейти, и люди начали искать встреч с ней, чтобы узнать, как обрести свободу, которую излучала она. Со временем Кейти поняла, что людям нужно не столько ее личное присутствие, сколько возможность самим испытать пережитый ею опыт.
Метод самоисследования, который она называет Работой, является словесным выражением безмолвных вопросов, возникших в ее сознании тем февральским утром. Это простой и чрезвычайно мощный метод, не требующий ничего, кроме ручки, бумаги и открытого разума. После того как в прессе появились сообщения о поразительных переменах, которые происходили с людьми благодаря Работе, Кейти стали приглашать, чтобы она представила свой метод широкой публике. Сначала она проводила семинары в Калифорнии, затем повсюду в Соединенных Штатах, а со временем — в Европе и по всему миру.
Вот уже более пятнадцати лет Кейти постоянно путешествует, иногда в режиме нон-стоп, представляя Работу на открытых публичных мероприятиях, в тюрьмах, госпиталях, церквах, в крупных компаниях и общественных организациях, в университетах и школах, на воскресных курсах, а также в ее девятидневной Школе по обучению Работе. За эти годы она представила Работу сотням тысяч людей по всему миру.
Кейти не слишком хорошо знакома с духовными классическими произведениями, до нашей встречи она даже не слышала о Дао дэ цзине. Но зато ей известно о радости и безмятежности и о том, что такое разум: как он способен делать нас несчастными и как с его помощью мы можем стать свободными. Поэтому Лао-цзы для Кейти своего рода коллега, человек, когда-то занимавшийся тем же, что и она. Несмотря на то что Лао-цзы давно уже нет в живых, для Кейти он — собеседник. И эта книга есть не что иное, как очень интересная беседа. Развивая, подобно Лао-цзы, «вариации на тему», Кейти рассматривает те же фундаментальные принципы, но только более многогранно, учитывая влияние многих обстоятельств.
Вот как родилась эта книга. Когда я впервые увидел Кейти, то был до глубины души поражен ее открытостью и мудростью, которые воспринимались как нечто очень чистое и прозрачное. Она была абсолютно невинной: ничего не читала, ничего не знала о буддизме, даосизме и прочих духовных традициях. Она опиралась только на собственный опыт. С ее уст порой слетали удивительные по глубине слова, очень сильно напоминавшие отдельные цитаты из сутр или упани-шад. Причем Кейти даже не осознавала, что их мог произносить кто-то до нее. Когда мы только поженились, я, движимый обычным любопытством, начал читать ей отрывки из книг великих духовных учителей: Лао-цзы, Будды, мастеров дзэн, Спинозы и других. (Кейти называла их всех «твои усопшие друзья») Она внимательно слушала все, что я ей читал, кивала в знак согласия или говорила «Это точно» или «Именно так и есть!». А иногда, к моему глубочайшему удивлению. Кейти высказывалась примерно так: «Все это верно, но до определенной степени. Я бы сказала иначе…»
В конце концов я прочел Кейти мой перевод Дао дэ цзина, от первой до последней главы, и записал ее отклики на каждую из них. Именно они стали черновым материалом для этой книги. Иногда я настаивал на том, чтобы Кейти давала комментарии к каждой строке. Но чаще она фокусировалась на каком-то одном отрывке или развивала мысль, прослушав несколько строк. (Эпиграфами к каждой из глав стали цитаты из Дао дэ цзина, которые лучше всего отражают то, о чем говорит Кейти.) Также я просил ее конкретизировать или расширять некоторые идеи или подталкивал ее мысль в направлении, которое казалось мне важным и интересным. Временами Кейти не отвечала на мои вопросы, и тогда у меня возникало ощущение, будто я спрашиваю у рыбы, что для нее означает жить в воде. Я предложил Кейти конкретизировать понятия «красивый» и «уродливый», поскольку я, например, обожаю Моцарта и не воспринимаю рэп; это дало ей возможность прокомментировать такое понятие, как «шум», который находится за пределами ее ощущения реальности.
Когда мы впервые заговорили о тексте Дао дэ цзина, Кейти спросила меня, что означает Дао. Я объяснил, что это слово переводится как «путь» и используется для обозначения предельной реальности или, в ее терминологии, того, что есть.
Кейти была в восторге. «Только я не понимаю, — сказала она, — что значит «предельная реальность». Для меня реальность проста и абсолютно лишена каких-либо тайн. Реальность-то, что ты видишь перед собой. То, что с тобой происходит в данный момент. Когда ты пытаешься спорить с ней, то проигрываешь. Человек, который не способен любить то, что есть, причиняет себе боль. А я больше не хочу быть мазохисткой».
Я познакомился с Дао дэ цэином в 1973 году и стал изучать это произведение более внимательно в 1986. когда приступил к работе над его переводом. Я ценю эту книгу, как никакую другую в мире, поскольку многим ей обязан и знаю ее силу. (Один мой друг рассказал мне, как справился со своими эмоциональными проблемами благодаря тому, что от корки до корки прочел эту книгу в моем переводе со всеми комментариями и потом неоднократно перечитывал ее в течение года.) Очень приятно осознавать, что существует такой вот учебник искусства жизни — книга мудрая и практическая одновременно.
Но одно дело прочесть о том, как жить в гармонии с тем, что есть, или даже понять, что это означает, и совсем другое-действительно принимать вещи такими, какие они есть. Даже самая мудрая из книг не способна передать нам мудрость, которая в ней содержится. Поэтому, читая очень глубокие и разумные слова, с одобрением кивая головой на высказывания вроде «Не пытайся контролировать свою жизнь», «Будь полностью присутствующим», «Воспринимай мир как свое «Я»», «Отпускай проблемы», «Доверяй существующему порядку вещей», -мы остаемся один на один с вопросом: » Как этого достичь? »
Кейти уже написала две книги о том, как покончить со страданием с помощью исследования мыслей, которые его создают, мыслей, которые противоречат реальности. Никто из нас не знает, как отпустить неприятную ситуацию, но каждый может научиться исследовать стрессовую мысль. Если вы, например, подавлены и вам кажется, что нет никакой возможности избавиться от этого чувства, вы можете исследовать мысли, которые говорят вам: «Я не чувствую себя в безопасности», «Я не смогу этого сделать», «Она не должна была бросать меня», «Я слишком толстая», «Мне нужно больше денег», «Жизнь несправедлива». После исследования вы больше никогда не будете прежним. Вы можете исправить ситуацию или оставить все как есть, но теперь, что бы ни преподносила вам жизнь, вы будете встречать это с гораздо большим доверием и спокойствием. И в конце концов, когда ваш разум станет ясным, жизнь начнет проживать себя через вас, без усилий с вашей стороны, с радостью и добротой, которые передает нам Лао-цзы. И хотя реальность сама по себе безымянна, Кейти говорит, что есть тысяча имен для радости, а поскольку ничто не отделено от другого, то радость, если посмотреть глубже, — это то, чем мы все являемся.
В этой книге, так же как и в двух предыдущих, Кейти часто использует слово «исследование», подразумевая под ним Работу. Работа состоит из четырех вопросов и того, что Кейти называет разворотом, который есть не что иное, как возможность пережить нечто противоположное тому, во что вы верите. Вот эти вопросы:

1. Правда ли это?
2. Можете ли вы абсолютно точно знать, что это правда?
3. Как вы реагируете, когда верите в эту мысль?
4. Кем бы вы были без этой мысли?

Когда вы начнете работать с этими вопросами, они могут показаться вам слишком интеллектуальными. Единственная возможность понять, как они действуют, — задать их себе. Но даже просто наблюдая за тем, как вопросы задаются другими людьми, вы получите намек на их силу или даже сможете ощутить эту силу во всей полноте. Если вы отвечаете на вопросы честно, они оживают, они отражают истину, которую мы не замечаем, когда смотрим вовне.
Работу называют самопомощью, но она выходит за рамки самопомощи: это самореализация, приводящая к прекращению страданий. Когда мы исследуем стрессовую мысль, то понимаем, что она ошибочна; мы смотрим на причину и следствие мысли, видим, сколько боли и смятения причиняет нам вера в ее истинность. Затем мы заглядываем в пустое зеркало — в мир, который находится за пределами нашей истории о мире, — и видим, какой могла бы быть наша жизнь без этой мысли. В конечном счете мы переживаем опыт, противоположный тому, в который так упрямо верили. Глубоко исследуя мысль, мы лишаем ее силы причинять нам боль, и через какое-то время она вообще перестает появляться. «Я не отпускаю мысли, — говорит Кейти. — Я встречаю их с пониманием. И тогда они отпускают меня».
Исследование мыслей, которые кажутся правдивыми, — которые могут даже ощущаться как часть нашего «Я», — требует смелости, и Кейти в этой книге дает читателям мощную поддержку, благодаря которой они получают представление о свободе, которая их ожидает по ту сторону исследования.
Как вы уже, наверное, поняли, эта книга — больше чем просто комментарии к Дао дэ цзину. Это проникновенный взгляд в глубины бытия, в жизнь женщины, которая уже больше двадцати лет живет так, как пишет об этом Лао-цзы. Глубокая, радостная мудрость Кейти — не теория. Она абсолютно аутентична. Именно благодаря этой мудрости книга получилась такой яркой и убедительной. Это словно портрет женщины, которая всегда невозмутимо радостна: танцует ли она со своей внучкой — или видит, что грабитель обокрал дом; стоит ли безоружная перед человеком, который думает ее убить, — или отправляется в увлекательное путешествие в пределах своей кухни; знает ли, что понемногу слепнет, что у нее обнаружен рак, — или проваливает тест «Насколько вы хорошая любовница?».
В этих историях удивительной легкости [какие бы обстоятельства их ни сопровождали) Кейти предлагает не только описание пробужденного разума. Она дает нам ощутить его, увидеть в действии.
Вы возможно, уверены в том, что свобода, доступная просветленным мудрецам и духовным учителям древности, недостижима для современных людей, и тем более для вас. «У радости тысяча имен» заставит вас поверить в обратное.» ~  Стивен Митчел (муж Байрон Кейти) из книги «У радости тысяча имен».


Byron Kathleen Reid (everyone calls her Katie) became severely depressed in her early thirties. She was a businesswoman and mother living in a little town in the high desert of southern California. For almost a decade she spiraled down into paranoia, rage, self-loathing, and constant thoughts of suicide; for the last two years she was often unable to leave her bedroom. Then, one morning in February 1986, out of nowhere, she experienced a life-changing realization. In the Buddhist and Hindu traditions there are various names for an experience like this. Katie calls it “waking up to reality.” In that instant of no-time, she says,

I discovered that when I believed my thoughts, I suffered, but that when I didn’t believe them, I didn’t suffer, and that this is true for every human being. Freedom is as simple as that. I found that suffering is optional. I found a joy within me that has never disappeared, not for a single moment. That joy is in everyone, always.

Soon afterward, rumors arose about a “lit lady” in Barstow, and people started seeking her out, asking how they could find the freedom that they saw shining in her. She became convinced that what they needed, if anything, was not her personal presence, but a way to discover for themselves what she had realized. Katie’s method of self-inquiry, which she calls The Work, is an embodiment, in words, of the wordless questioning that had woken up in her on that February morning. It is a simple yet extremely powerful method and requires nothing more than a pen, paper, and an open mind. As reports spread about the remarkable transformations that people were experiencing through The Work, Katie was invited to present it publicly elsewhere in California, then throughout the United States, and eventually in Europe and across the world. She has been traveling for fifteen years now, sometimes nonstop, and has brought The Work to hundreds of thousands of people at free public events, in prisons, hospitals, churches, corporations, battered women’s facilities, universities and schools, at weekend intensives, and at her nine-day School for The Work.

Katie doesn’t know much about spiritual classics; in fact, before we met, she had never even heard of the Tao Te Ching. But she does know about joy and serenity, and she knows about the mind: how it can make us miserable, how we can use it to get free. So, from her point of view, Lao-tzu is a colleague, someone who has the same job, someone to have a conversation with, never mind that he’s dead. This book is that very interesting conversation. Proceeding, like the Tao Te Ching, as variations on a theme, it expresses the same fundamental realization in many ways, under many circumstances.

Here’s how the book came about. When I first met Katie, I was profoundly impressed by her openness of heart and her wisdom, which seemed to be a kind of transparence. She was a total innocent: she had read nothing, she knew nothing, about Buddhism or Taoism or any other spiritual tradition; she just had her own experience to refer to. The most wonderful insights would pop out of her mouth, sometimes straight from a sutra or an Upanishad, without any awareness on her part that anyone had ever said them before. Early in our marriage, partly out of curiosity, I began reading passages to her from the great spiritual teachers: Lao-tzu, the Buddha, the Zen masters, Spinoza, and others of that ilk. (She calls them “your dead friends.”) Katie would take in their words, nodding sometimes, or saying, “That’s accurate,” or “Yes, it’s exactly like that!” Occasionally, to my surprise, she would say, “That’s true, as far as it goes, but it’s a little ‘off.’ Here’s how I’d say it.”

Eventually I read her my version of the Tao Te Ching, all eighty-one chapters of it, and wrote down her responses, which were the raw material for this book. Sometimes, at my prompting, she would respond to every line; often she would focus on one passage, or elaborate on just a few lines. (The epigraphs that begin each of the following chapters quote the lines from the Tao Te Ching that are most relevant to what she is talking about.) Along the way, I would ask her to refine or expand upon something in the text, or I would point her in a particular direction that seemed helpful. Sometimes she had no reference for a question, and I felt as if I were asking a fish what it’s like to live in water. I suggested the specifics for “beautiful” and “ugly” in chapter 2, for example, since I adore Mozart and I don’t yet appreciate rap. It’s useful that I have these strong likes and dislikes; it gives Katie a reference for concepts such as “noise,” which are outside her experience of reality.

When we first began talking about the text, Katie asked me what Tao means. I told her that literally it means “the way,” and that it’s a word for ultimate reality, or, in her own terms, the way of it: what is. She was delighted. “But,” she said, “I don’t understand concepts like ‘ultimate.’ For me, reality is simple. There’s nothing behind it or above it, and it holds no secrets. It’s whatever is in front of you, whatever is happening. When you argue with it, you lose. It hurts not to be a lover of what is. I’m not a masochist anymore.”

I have known the Tao Te Ching since 1973, and with particular intimacy since 1986, when I wrote my version. I respect it as much as any book in the world, I owe it a great deal, and I know its power. (A friend told me that when he was in emotional trouble as a young man, what saved him was that he read my version from cover to cover—notes included—every single day for a whole year.) It’s wonderful to discover that there is such a thing as a manual on the art of living, a book this wise and this practical. But it is one thing to read about being in harmony with the way things are, or even to understand what that means, and quite another to actually live it. Even the wisest of books can’t give us its wisdom. After we have read the profound insights and nodded our heads—“Stop trying to control,” “Be completely present,” “See the world as your self,” “Let go,” “Have faith in the way things are”—the central question remains: But how? How can we learn to do that?

Katie has written two books that show how to end suffering by questioning the thoughts that create it, the thoughts that argue with reality. No one knows how to let go, but anyone can learn exactly how to question a stressful thought. When you’re feeling upset, for example, and it seems impossible to let go of that feeling, you can question the thoughts that say, “I’m not safe,” “I can’t do this,” “She shouldn’t have left me,” “I’m too fat,” “I need more money,” “Life is unfair.” After that questioning, you can’t ever be the same. You may end up doing something or doing nothing, but however life unfolds, you’ll be coming from a place of greater confidence and peace. And eventually, once your mind becomes clear, life begins to live itself through you, effortlessly, with the joy and kindness that Lao-tzu points us toward. Though reality itself is unnamable, Katie says, there are a thousand names for joy, because nothing is separate, and joy, deep down, is what we all are.

In the following chapters, when Katie uses the word inquiry, she specifically means The Work. The Work consists of four questions and what she calls a turnaround, which is a way of experiencing the opposite of what you believe. The questions are

1. Is it true?
2. Can you absolutely know that it’s true?
3. How do you react when you believe that thought?
4. Who would you be without the thought?

When you first encounter them, these questions may seem merely intellectual. The only way to really understand how they function is to use them yourself. But witnessing other people use them may give you a glimpse, even an experience, of their power. When they are answered honestly, they come alive; they mirror back truths that we can’t see when we look outside. In the following pages you’ll be able to read some extended examples of people applying The Work to their stressful thoughts, with Katie’s lovingly incisive guidance. (You can find instructions on how to do The Work in the Appendix, and more detailed instructions on her website, www.thework.com, or in her book Loving What Is.)

The Work has been called self-help, but it is far more than that: it is self-realization, and it leads to the end of suffering. As we investigate a stressful thought, we see for ourselves that it’s untrue; we get to look at the cause-and-effect of it, to observe in sobering detail exactly what modes of pain and confusion result from believing it; then we get a glimpse into the empty mirror, the world beyond our story of the world, and see what our life would be like without the thought; and finally we get to experience the opposite of what we have so firmly believed. Once we deeply question a thought, it loses its power to cause us pain, and eventually it ceases even to arise. “I don’t let go of my thoughts,” Katie says. “I meet them with understanding. Then they let go of me.”

Questioning thoughts that seem to be true—thoughts that may even feel like part of our identity—takes courage, and in A Thousand Names for Joy Katie gives readers the powerful encouragement of seeing, in detail, the freedom that lives on the other side of inquiry. As you may have realized already, this book is more than a commentary on the Tao Te Ching. It is a glimpse into the depths of being, and into the life of a woman who for twenty years has been living what Lao-tzu wrote. The profound, lighthearted wisdom that it embodies is not theoretical; it is absolutely authentic. That is what makes the book so vivid and compelling. It’s a portrait of a woman who is imperturbably joyous, whether she is dancing with her infant granddaughter or finds that her house has been emptied out by burglars, whether she stands before a man about to kill her or embarks on the adventure of walking to the kitchen, whether she learns that she is going blind, flunks a “How Good a Lover Are You?” test, or is diagnosed with cancer. With its stories of total ease in all circumstances, it doesn’t merely describe the awakened mind; it lets you see it, feel it, in action.

You may believe that although freedom was attainable thousands of years ago by a few enlightened masters, such a state is beyond the reach of anyone living in the modern world, and certainly beyond you. A Thousand Names for Joy has the power to change that belief.

— Stephen Mitchell

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s